?

Log in

No account? Create an account
модрон

Альтернатива. Глава 2.

Продолжаю выкладывать главы альтернативы. При выявлении ошибок фактического характера, исторических несообразностей, нелогичности поведения персонажей — прошу в комментарии!

Безусловно, майор Меркадо был рождён под счастливой звездой: люди, взявшие его в плен, принадлежали к диверсионной группе республиканской армии. Обычные партизаны, вчерашние крестьяне и ремесленники, пустили бы его в расход тут же, у самолёта: «национальная авиация» успела оставить о себе дурную славу. Встреченные же им “rojos”{1} ограничились тем, что тщательно обыскали лётчика, отняли документы и вынули из кобуры «парабеллум».

Майора подвели к командиру группы, высокому бледному мужчине.

- Назовите ваше имя и звание, - приказал он с сильным акцентом.
- Команданте Анхель Меркадо, к вашим услугам, - ответил майор, проклиная себя за то, что не успел уничтожить свои документы.
- На каких самолётах вы летали?
- Я штурмовик, - соврал Меркадо. - Ещё недавно летал на «Хейнкеле-51», теперь вот пересел на «Хе-112». Мой налёт на нём не более двух часов. (Это, как ни странно, было правдой – на «Каноненфогелях» летать ему почти не приходилось)

Солдаты, осмотревшие самолёт, увидели на фюзеляже эмблему штурмовой эскадрильи (как уже было сказано, несколько недель не существующей). В этом свете объяснения Морато звучали правдоподобно.

- Ладно, пойдёшь с нами, - сказал командир. - И не вздумай убежать – сразу получишь пулю. Здесь кругом наши части.

Группа, включив в свои ряды задержанного лётчика, повернула на восток. До линии фронта дорога предстояла неблизкая. Однако слабая надежда Меркадо на то, что его отобьёт у красных какая-нибудь случайно встреченная пехотная часть националистов, вскоре рассеялись как дым, когда он поравнялся с колонной пленных солдат армии Франко. Огромная колонна, около тысячи человек, большинство из которых даже не было ранено, конвоировалась тремя молодыми солдатами с винтовками наперевес. По-видимому, никто и не думал бежать. На лицах у некоторых пленных можно было прочитать явное удовлетворение. Ещё бы, последние несколько дней любой пехотинец ежесекундно вынужден был решать массу вопросов, причём каждое неправильное решение грозило гибелью. Под каким кустом залечь, спасаясь от республиканской авиации; какую дорогу выбрать, чтобы не попасть в партизанскую засаду; отправляться ли к португальской границе, надеясь на милость Салазара{2}, или плюнуть на всё и пойти домой, рискуя быть расстрелянным судом республиканского трибунала... Теперь же, по крайней мере, на несколько часов, бойцы-националисты были освобождены от принятия решений. Возможно, вскоре они проклянут свою загубленную жизнь. А пока бывшие солдаты просто шагают по грунтовой дороге, ведущей в республиканский плен – левой, правой, левой, правой… Поднимающиеся высоко в воздух клубы пыли отмечают их путь.

Не прошло и часа, как впереди показалась колючая проволока. Красные флажки на колышках указывали путь через линию неглубоких полуосыпавшихся окопов, заваленных трупами в форме испанской национальной армии: ещё вчера здесь проходил оборонительный рубеж сил Франко. «Путешествие» Анхеля с диверсионной группой пришло к завершению. Теперь их пути расходились: республиканцы отправлялись на заслуженный отдых, а Меркадо – в лагерь для военнопленных.

* * *

15 мая 1939 года. Антонио Гонсалес, как всегда, выстраивает своих людей, чтобы объявить полётное задание. Однако сегодняшний день особенный.

- ¡Amigos! ¡Compañeros! Наконец-то мы дождались этого часа. На территории Испании не осталось ни одной воинской части фашистов! ¡No pasaron! ¡Hemos vencido!{3}

Радостные возгласы и поднятые вверх кулаки4 были ему ответом.

- К сожалению, то, что я скажу далее, не будет столь воодушевляющим, - продолжил Гонсалес. – Враг ещё не побеждён. Часть войск Франко успела перебраться в Марокко, прежде чем мы освободили южное побережье. Особых проблем они нам не доставят, но и выгнать их оттуда мы пока не в состоянии. Кроме того, неясно, интернирует ли Португалия просочившихся к ней беглецов. В общем, вывод простой: не терять бдительности! Поступивший в сухопутные войска приказ о частичной демобилизации нас не касается. Вскоре эскадрилья будет переброшена на новое место службы, а пока в честь окончательного разгрома фашистских формирований лётчикам нашего подразделения предоставляется недельный отпуск. Можете съездить домой и повидать родных и близких. (Самые внимательные заметили, как непроизвольно дёрнулось лицо Гонсалеса при произнесении этой фразы: вся его семья погибла при бомбардировке Мадрида тяжёлой осенью тридцать шестого года.) А теперь все свободны!

Лётчики, громко переговариваясь, очистили плац. К стоявшему на месте Гонсалесу подошёл лейтенант Магринья.

- Поехали со мной, командир, - негромко сказал он. – Моя семья тебя с радостью примет. Отдохнём на несколько дней от войны, а затем снова за работу!

- Спасибо, Рафаэль, - улыбнувшись, ответил капитан. - Я бы с радостью. Но есть у меня одно неотложное дело в Мадриде. Идальго де Сиснерос вызывает. Отправляюсь прямо сейчас.

* * *

Через пару часов трофейный «Ю-52» с наспех замалёванными националистическими опознавательными знаками приземлился на аэродроме Куатро Вьентос. Мадрид встретил капитана Гонсалеса толпами ликующих людей: казалось, что весь город высыпал на улицы и радуется обрётенному наконец миру. Впрочем, последствия войны тоже давали о себе знать: нередко встречались кварталы, стёртые с лица земли вражеской авиацией. По руинам бродили люди: может, искали уцелевшее добро, а может, следы пропавших домочадцев… Боль, нанесённая мирным жителям, нескоро будет забыта.

Возле очередной груды развалин Гонсалесу встретилась группа людей в выцветшей солдатской униформе. Лопатами они очищали дорогу от битого кирпича. Это военнопленные искупали свои грехи. Работали франкисты вяло, хмурое выражение не сходило с их лиц. При приближении кого-либо из мадридцев они вжимали головы в плечи.

Наконец, показалось правительственное здание, в котором располагалось министерство авиации. Кабинет командующего находился на втором этаже. Постучав, капитан вошёл внутрь.

Игнасио Идальго де Сиснерос, потомственный дворянин, член коммунистической партии, талантливый лётчик и главнокомандующий FARE, не привык унывать и слыл неисправимым оптимистом. Тем более странно было видеть его встревоженным и задумчивым, и это в день победы Республики! Рядом с ним Гонсалес увидел командиров ряда истребительных и бомбардировочных групп, а также Рамона Кастанеду, начальника лётной школы Эль-Кармоли.

- Ну что ж, теперь все в сборе, - сказал Идальго де Сиснерос, поздоровавшись с командиром 4-й АЭ. Предлагаю начать наше совещание. На повестке дня стоит выбор направления развития нашей авиации теперь, после окончания войны. Первым делом охарактеризую текущую обстановку.

В Европе, кажется, разгорается пожар. Гитлер после Мюнхена решил, что ему всё дозволено, и почти открыто готовится к войне. Англия и Франция пытаются направить его на восток, против СССР, но не ясно, насколько это у них выйдет. И ещё: по данным, которые сообщили нам советские дипломаты, в Германском генеральном штабе активно разрабатывается план оккупации Испании. Ситуация, таким образом, весьма напряжённая.

Требуется быть готовыми к любым неожиданностям. Для этого нужна сильная авиация. Нужны новые самолёты и опытные лётчики. Но где всё это взять, да ещё в сжатые сроки? Франция вряд ли захочет продать нам свои самолёты, в них нуждается «Армэ дэ ль Эр»{5}. Советский Союз готовится к схватке с Японией на восточных рубежах, вся новейшая продукция идёт туда. США, возможно, и не прочь будет нажиться на чужих бедах, однако они берут недёшево за свою технику. Какие будут предложения по поднятому вопросу?

Слово взял Хуан Бертоло, командир 3-й истребительной эскадрильи, опытный лётчик и член КПИ6 с тысяча девятьсот тридцать второго года.

- Да, технику нам достать будет трудно. Поэтому считаю, что следует активнее использовать трофейные самолёты. Старьё отправить в лётные школы, а то, что поновее, поставить на вооружение боевых подразделений. Правда, запчастей к этим машинам у нас почти нет, да и пилотов, умеющих летать на них, тоже. Тем не менее, придумать им применение необходимо. К примеру, одних «Эмилей» у нас десять штук, почти эскадрилья. По боевым качествам эти немецкие изделия превосходят даже «Супер Моску»{7}, самый современный наш истребитель.

Кроме того, раз количественное превосходство над вероятным противником нам не получить, следует опираться на качественное. Многие наши ребята прошли войну и получили боевой опыт. Так пусть передают его другим! Надо оптимизировать тактику применения авиации, основываясь на своих и зарубежных наработках, и как следует обучать новичков.

С места поднялся Кастанеда.

- Можно мне высказаться по этому поводу? – спросил он у собрания. Ему дали слово.

- Есть у меня одно соображение. Хорошо бы обеспечить наше будущее пополнение возможностью проверить свои умения в обстановке, приближенной к боевой. А для этого неплохо привлечь к учебным боям пленных лётчиков-франкистов. Их у нас много. Сейчас они восстанавливают здания, которые сами же в своё время разрушали, роют могильники, занимаются другой неквалифицированной работой. Полезнее будет использовать их по прямому назначению. Посмотрим, чему они у немцев научились.

- Хорошо, предположим, что мы дали им самолёты, - произнёс Идальго де Сиснерос. – Но я удивлюсь, если они тут же не улетят на них, скажем, в Марокко, или Португалию. Согласно последнему приказу Франко, в некотором роде.

- Запас топлива в баках можно ограничить, - заметил Бертоло, – а на границах разместить части ПВО. Боеприпасы у фашистов будут холостыми, естественно. Да и «Эмили» мы им не дадим – слишком жирно будет. С них «Хе-51» хватит, на таком агрегате далеко не улетишь.

- Даже если и так. Найти квалифицированные кадры будет непросто, - продолжал упорствовать командующий. – Большинство опытных лётчиков Франко выбито в конце войны, оставшиеся – зелёные юнцы, у нас у самих таких хватает. Или бывшие штурмовики, которые вообще не знают, что такое воздушный бой.

- Есть у меня на примете один подходящий человек, - сказал вдруг Гонсалес.

1) «Красные» (исп.)
2) Диктатор Португалии, поддерживавший тёплые отношения с режимом Франко
3) «Они не прошли! Мы победили!» (исп.)
4) Поднятый вверх правый кулак – официальное приветствие Народного фронта, использовавшееся также во многих партиях, входящих в Коминтерн.
5) Armée de l’Air (франц. «Военно-воздушные силы») – официальное название ВВС Франции.
6) КПИ – коммунистическая партия Испании (Partido Comunista de España)
7) Республиканское название И-16 тип 10

Comments

Есть одно замечание: первая часть, по-моему, была перегружена авиационной терминологией. Вторая более человекоориентированная..
Мне казалось, я ссылки с пояснениями везде проставил в непонятных местах :) Можешь мне вывалить их, я ещё кучу пояснений напишу, раз так :)
Ссылок достаточно, просто сама необходимость в них понижает художественность и повышает энциклопедичность)